Константин Бабкин: «Сегодня человек труда оказался на периферии общества»

Главный идеолог конкурса, лидер ПАРТИИ ДЕЛА, председатель Совета директоров Ростсельмаша Константин Бабкин рассказал об истории завода, о роли человека-труда в искусстве, современном обществе и о состоянии промышленности в стране.

Какая страна, такой и Ростсельмаш

Ростсельмаш — это зеркало ситуации в стране и обществе. Общество всегда прекрасно, оно приобретает разные формы, рождаются разные новые идеи и явления, которые проявляются не только в искусстве, но и во всем: в технике, в архитектуре, и, конечно же, это отражалось на заводе.

Он возник, когда коммунисты пришли к власти. Началась эпоха индустриализации, бурный рост промышленности — Ростсельмаш сразу стал флагманом в производстве сельхозтехники.

В 30-е годы он вышел на новый уровень: самоходные комбайны, выставки в Париже. Затем война, эвакуация в Узбекистан, но в послевоенное время он сумел быстро восстановиться. Потом модернизация в 70-е годы, кризис 90-х.

Какая страна, такой и Ростсельмаш: он всегда соответствовал ситуации и обществу вокруг. Он был слепком, частицей большой страны

Сложно выделить какой-то конкретный период, когда завод был бы на пике своего развития. Нужно учитывать, что нет какой-то единой оценки, в разные времена были свои взлеты и падения.

Сейчас Ростсельмаш занимает 60% рынка России, а когда-то завод поставлял комбайны на весь соцлагерь. Например в советское время директору Ростсельмаша подчинялось 200 000 человек — он был руководителем огромного объединения. В нынешнее время на заводе работает порядка 13 тысяч человек.

Но если мы говорим про внедрение новых образцов и моделей, то, конечно, сейчас они появляются намного чаще.

Раньше завод производил одну модель в год — 42 тысячи человек «молотили» один образец практически без всяких модификаций, а теперь у нас более 50 наименований

Самоходные машины появляются раз в год, и этот процесс постоянно ускоряется — через 3 года будет появляться уже по две новых модели и так далее.

В плане гибкости и современности Ростсельмаш сейчас, разумеется, совсем другой: мы используем новейшие технологии и разработки, компьютеризацию, совсем другой стиль и формат управления производством.

Мы стремимся к звездам, и я думаю, что пик карьеры Ростсельмаша впереди. Надеюсь, что он вообще никогда не будет достигнут.

«Время, вперед!»

Арт-фестивалем «Время, перед!» мы пытаемся отдать должное «человеку труда», который на сегодняшний день вышел на периферию. В телевизоре, в фильмах, в современном дискурсе его нет.

У нас же представлены произведения с изображением врачей, дворников, инженеров, швей — людей разных профессий.

«Человек труда» — это не абстрактное понятие, а вполне конкретное, когда человек улучшает мир, приносит пользу обществу, умственно и физически что-то делает

Мы не диктуем стиль, эстетику к произведениям. На пресс-конференции кто-то из художников меня спросил: «Вот у вас реализм, а мой язык абстрактный, вам он не понравится?» Я ответил: «Не знаю ваш язык, но, если он прославляет человека труда, созидательный труд, пожалуйста, присылайте — с удовольствием будем смотреть ваши работы».

В этом году на выставке впервые будут представлены форматы современного искусства. Мы запустили номинацию «Цифровой плакат», в рамках которой принимаем Digital-работы с применением современных технологий.

Я хотел бы, чтобы творчество людей, видящих в труде общественную важность и позитив, имело выход на широкую публику. Именно поэтому каждый год мы проводим выставку «Время, вперед!»

Конкурс барельефа: ребята, покажем идейную борьбу

Мы занимаемся производством не только ради денежных показателей, (хотя, безусловно, они важны), не ради того, чтобы сделать больше всех машин или всех победить. Мы улучшаем общество, в том числе и эстетически.

Поэтому для нового завода, который мы сейчас строим в Ростове-на-Дону, мы объявили конкурс на разработку барельефа, который будет украшать главный вход на производство. Мы хотим, чтобы он был прекрасен, чтобы своим внешним видом он улучшал обстановку в городе.

Мы хотели бы, чтобы завод получился эстетически проработанным, чтобы это большое здание гармонично вписывалось в местную архитектуру

Идею подсказал сам город. Посреди Ростова-на-Дону находится важный памятник конструктивизму — Театр драмы имени Горького. Эстетика и история этого театра меня лично очень впечатлили. Здание построено в виде трактора, и там есть барельеф, на котором изображена борьба красных и белых. При этом нельзя понять, кто прав, кто виноват — месиво, борются все.

Вообще в промышленности постоянно идет борьба. Это борьба, которая развернута сейчас не только вокруг российского производства, но и с обычной человеческой ленью, с разгильдяйством, с неорганизованностью, отчасти с конкурентами (но не самое важное) и во многом с людьми, которым не нужна сильная промышленность в России. Они говорят: «Русские не умеют работать. Климат не тот. История ужасная. Давайте покупать китайские или немецкие комбайны».

Барельеф на фасаде нового завода Ростсельмаш покажет нашу связь и уважение к архитектуре Ростова-на-Дону, покажет накал современной ситуации, что это все не просто так. Будет украшать город и через десятки лет напоминать о сложившейся ситуации, как нам сегодня старые картины что-то говорят о наших предках. Такая вот непростая идея.

Хотелось бы, чтобы, глядя на барельеф, люди анализировали, осмысливали свою деятельность

Производство и бизнес для меня- это не только про деньги и тонны металла, это про улучшение ситуации вокруг. И как я хотел бы, чтобы не только Ростов-на-Дону, но и вся наша страна выглядела конкурентоспособной, промышленной, постоянно развивающейся, без точки, без конечной цели. Город-парк, комфортная жизнь, свободное перемещение, экологическая чистота и возможность для творчества.

Таким образом для Ростова-на-Дону Ростсельмаш — это важная точка для развития всего города и каждого человека в отдельности.

Пиши-не пиши картину — не пойдут люди на завод

Несомненно, развитие промышленности в России неразрывно связано с общей экономической ситуацией в стране. Если производство погибает, если нищенские зарплаты, то пиши-не пиши картину — не пойдут люди на завод.

Кто-то может сказать, что мы не умеем работать, и вообще на заводе непрестижно, вот мы тиктокерами и банкирами все работаем. Такое положение в обществе доминирует с конца 80-х годов, и это привело к тому, что российских производителей (промышленность, сельское хозяйство) подавили, поставили в такое положение, когда они находятся в неравных условиях конкуренции с китайцами, с немцами — с зарубежными производителями.

Мы действительно носим иностранную одежду, иностранные телефоны, мебель из заграницы. А почему?

Правительство вот уже тридцать лет совсем не заботится о том, чтобы создать условия для производителей: дать им налоги пониже, электричество и кредит подешевле, за рынок побороться для наших пиджаков, а не для китайских.

Правительство вообще не занимается этим. Мне Владимир Путин лет 7 назад, после совещания, говорит: «Вот у Ростсельмаша есть тракторный завод в Канаде, чего вы его сюда не переносите?» Я говорю: «Налоги выше, электричество дороже».

Он не поверил, переспросил: «Что, и электричество дороже?» Я говорю: «Да».

— «Ну, напиши записку, сравним».

Написали, сравнили — там 15 пунктов, у нас только зарплата ниже, чем в Канаде, и газ дешевле, а все остальное в Канаде намного выгоднее: и отчетности меньше, и расходов на охрану меньше, электричество раза в 2 дешевле

Или еще один пример — российский автопром. Если посмотреть, сознательное разрушение целой отрасли произошло в 90-е годы. Были созданы все преференции сборщикам иностранных машин: даны пониженные налоги, иностранные машины были освобождены от уплаты НДС, налогов на землю, им дали льготные, бесплатные многолетние кредиты с Запада. Открыли рынок, и наши заводы просто оказались в условиях неравной конкуренции.

Гостям все, а своим — ничего

Из семи действующих заводов выжил только АвтоВАЗ, да и тот сейчас собирает иномарки.

При Гайдаре, при Чубайсе власти создали условия подавления наших производителей — переодели страну в импортные пиджаки, на импортную колбасу посадили, подавив наше сельское хозяйство, и все-все-все. Вступление в ВТО юридически попытались закрепить.

В Европе можно крестьян поддерживать: 50% доходов фермера — это дотации из бюджета, в России… ну, можно, но 3% дотировать. Поэтому немецкий бюргер живет прекрасно, а наш — выживает

Эта политика привела к такой ситуации, что в России невыгодно созидать. Не потому, что люди тупые, не хотят и не умеют работать, — просто подавили человека труда, созидательного человека. Не показываем его на выставках, не даем ему электричество: все только про нефть и Тик Ток. И это все ведет к деградации общества и к сокращению количества населения.

Люди могут, конечно, делать вид, что все хорошо, но перспектив и выхода не видят из этой ситуации. Поэтому и рожать не хотят, и в целом напряжение в обществе имеется, расслоение. Без созидания здорового общества не будет».

Источник: федеральное издание «Daily Moscow»
Источник фото: федеральное издание «Daily Moscow»