Звонок военному эксперту Константину С. кончился его неожиданной истерикой:
— Не приду к вам на «Рой ТВ», потому что не хочу тем самым работать на Константина Бабкина. Хороший буржуй — мертвый буржуй. Все буржуи должны лежать в расстрельном рву… Почему Бабкин получил «Ростсельмаш»? Почему доит бюджет?…

В общем, понес С. такое, что пером не описать. Пытаюсь объяснить ему, что «Ростсельмаш» в конце 90-х лежал на боку, словно выброшенный на берег кит. Ведь сам слышал, как в правительстве Степашина тогда говорили, что «Ростсельмаш» нужно обанкротить, свернуть производство отечественных комбайнов и открыть на месте первенца сталинских пятилеток консигнационный склад американской компании «Джон Дир» вкупе с крупноузловой сборкой штатовских машин. Бабкин и его друзья спасли завод от гибели.

Но доказать было ничего нельзя. В ответ несся полуистеричный бред: «Завод нужно было отдать кому-то более компетентному!»

А кому отдать? Никто ведь не брал, не хотел возиться. А Бабкин не испугался и смог добиться того, что «Ростсельмаш» вывел на конвейер изумительную советскую разработку — комбайн «Торум». И стал выпускать целую гамму комбайнов. Вот как получается: спас завод — и вышел у левого С. виноватым. А вот купил бы его, закрыл и распродал, да умотал бы с полученными миллиардами за границу — и не требовал бы товарищ С. его крови. Правда, и комбайнов бы РФ больше не производила бы, обогащая немцев, янки и… белорусов.

Знаю, что Константин С. — далеко не дурак, пытаюсь ему втолковать то, что написал выше. Поясняю, что все производители агромашин в мире получают субсидии своих государств: и частные, и (Белоруссия) государственные. И поди попробуй конкурировать с немецкими или белорусскими сельхозмашинами, коль они выигрывают в цене за счет помощи бюджетов их государств. Равно как с агромашинами иных стран. С теми же американскими, что делаются на почти дармовые по процентам кредиты…

Нет, все даром. В ответ — гневный поток сознания. О том, как хорошо все устроено при Кимах в Северной Корее.

Снова пытаюсь достучаться. Призываю вспомнить, что тотальное огосударствление — тоже уродство и еще тот монополизм. Что в советские времена комбайны и тракторы были скверного качества и ломались, буквально выехав за ворота заводов. Говорю, что сервис в тотально государственной экономике СССР был аховым: запчастей не хватало повально.

В ответ: надо карать за такое! А буржуев — в расход! Ибо справедливость…

Снова пробую воззвать к рассудку. Мол, в РФ правят сырьевые феодалы, они промышленность ненавидят. И национальные промышленники — ваши, левых, объективные союзники. На фига вы их отталкиваете? Нет у нынешних левых социальной базы: слишком мало рабочих да инженеров. Чем больше промышленники создадут новых (или спасут старых) заводов — тем больше ваша же общественная опора.

Нет. Все даром. Как в том рассказе Кира Булычева. О том, как в глазах инопланетного примата вспыхнула одна слепая и бездумная злоба…

***

Специально привожу этот случай для членов ПАРТИИ ДЕЛА и для вас, дорогие мои национальные несырьевые промышленники и аграрии.

Мы с вами — меж двух огней. Есть власть, состоящая из сырьевиков, ростовщиков и казнокрадов. Она нас ненавидит, промышленность для нее — необходимое зло (лучше бы ее совсем не иметь), она нас душит и давит. Оно и понятно: феодалы на дух не переносят заводы и фабрики, они рассматривают промышленников как конкурентов в борьбе за власть, им не нужны армии рабочих с инженерами.

Да, они все время норовят нас задавить, накинуть удавку на шею. Что в 1991–1999 годах, что с 2000 года.

Но есть и одержимая ненавистью масса. Левая весьма условно: леваки так же деградировали и в эпоху Интернета выродились в своеобразных религиозных фундаменталистов. В догматиков, слепых и глухих. За ними нет сильных организаций, они бедны (кто же будет их спонсировать?), они лаются друг с другом. И вроде бы неопасны.

Однако именно так они невольно становятся пособниками власти сырьевых и административных мародеров. Власть, имитируя «воссоздание СССР» (хотя этого и близко нет, есть чисто внешняя имитация), в любой момент может натравить их на нас. Они, даже не любя эту власть, радуются, когда она давит национальную индустрию налогами и поборами.

***

Все это говорит о том, что близятся времена бурные и смутные. Очень важно, друзья мои промышленники и аграрии, быть вместе. В одной партии. В ПАРТИИ ДЕЛА.
Как вы понимаете, нужна и сплоченность, и способность защитить самих себя. Наше Дело, в которое мы вложили свои жизни и души. Чтобы оно не стало добычей ни алчных чиновников, ни хищных оборотней в погонах, ни глупых масс. Ибо опасность — с двух сторон!

Объединение в сильную партию национальных производителей, сторонников новой индустриализации во имя национального возрождения, истинных практиков экономики (в отличие от всяких там Чубайса, Грефа, Кудрина, Медведева и т. д.) и приверженцев протекционизма — это новые возможности.

Во-первых, это взаимная защита и продавливание своих требований во власти.

Во-вторых, это — переход в наступление. Сплоченная партия людей с предприятиями и возможностями может притянуть к себе самых умных из силовиков.

В-третьих, имея возможности, можно наращивать партию за счет финансирования групп гражданских активистов. Ведь им на хорошие проекты не хватает средств. И это не «распильщики», а фанатики своих проектов.

В-четвертых, тех же левых можно структурировать, направив их в нужное русло.

Все это и есть создание передового класса, авангарда Развития и кадрового резерва для возрождения страны. Стратегия проста: разве мы против всенародно избранной власти? Да что вы! Мы боремся за развитие экономики, какой тут, к черту, экстремизм?

Просто мы отлично понимаем, что наше сплочение (создание новой силы в разобщенном социуме) уже станет первой победой.

Источник: LiveJournal

Фото: «Аргументы и Факты»

Назад к списку
Поделиться
Следующая запись
Трамп действует умно