Кто мы
Кто мы
«Единомышленники ПАРТИИ ДЕЛА – это все те, кто видит и верит в потенциал России. Наша цель – не борьба за власть, а изменение действующей политики, ведущей страну к деградации. Мы не только знаем, ЧТО нужно менять, но и КАК и КОМУ менять, как добиться реальных рузельтатов». Константин Бабкин
Наша позиция
Наша позиция
"Основой идеологии Партии Дела является борьба за создание нормальных условий для развития не сырьевого сектора экономики и нормальных условий для жизни людей в России. Чтобы сделать партийную работу более концентрированной мы выделили три вопроса. Они поднимались давно и помногу раз, но до сих пор ждут своего решения". Константин Бабкин
События
События
Дорожная карта
Дорожная карта
Мероприятия
Мероприятия
Мы ищем людей, активно отстаивающих и продвигающих в обществе идеи, которые нам близки, уделяя особое внимание делам, посвященным СПРАВЕДЛИВЫМ НАЛОГАМ, ДОСТУПНЫМ ЭНЕРГОРЕСУРСАМ и СЕЛЬСКОМУ ХОЗЯЙСТВУ
Контакты
Контакты
Михаил Делягин о дефолте 1998
Михаил Делягин о дефолте 1998
18 августа 1998 года в России случился дефолт… Накануне дефолта я работал в правительстве, консультировал тогдашнего вице-премьера Бориса Немцова по экономическим вопросам. То, что катастрофа неизбежна, мне стало понятно задолго до печально известных августовских событий. Ещё в ноябре 1997-го я делал ежегодный доклад о перспективах российской экономики, в котором зафиксировал: с учётом имеющихся запасов прочности Россия войдёт в зону валютного риска к середине августа 1998 года. Потом мне припоминали это довольно жестоко: «Ты всё знал, дефолт был спланирован!»

На самом деле не один я был такой умный. В апреле 1998 года вышел доклад Сергея Глазьева «Центральный банк против промышленности России», в котором на пальцах показывалось: катастрофа неизбежна, вопрос только в сроках и нужно срочно закрывать рынок государственных краткосрочных обязательств (ГКО).

Многие люди, включая вашего покорного слугу, ходили по высоким начальственным кабинетам и говорили: «Ребята, нас ждёт дефолт». Но почти все в один голос отвечали: «Ты пойми, мы не можем закрыть пирамиду ГКО». И я видел: да, эти люди не могут. Большинство из них сами сидели на спекулятивном рынке, стригли на нём свои купоны и не могли остановиться. После этих бессмысленных хождений мне стало ясно, что я проповедую людоедам прелести вегетарианства.

Так что же всё-таки привело к дефолту? По моему глубокому убеждению, фундамент финансовых потрясений 1998 года был заложен победой Ельцина на президентских выборах в 1996 году. Дело в том, что уже в 1995-м стало окончательно ясно, что либеральные фундаменталисты, проводящие реформы, не имеют никакой социальной базы, поскольку их политика полностью и последовательно антинародна. Причина – в фанатичной приверженности либеральным догмам, личной корысти, часто личной ненависти к России и, наконец, ориентации на США. Удивительно, но когда этим людям объясняешь: «Источником легитимности всякой власти должен быть народ, а не американская администрация», они до сих пор смертельно обижаются.

Неудивительно, что на этом фоне Ельцин одержал «головокружительную победу» лишь благодаря фальсификациям и подтасовкам. Он практически воплотил в жизнь советский анекдот о том, что «после тяжёлой и продолжительной болезни лидер страны приступил к исполнению обязанностей, не приходя в сознание». А после «победы» наступило время расплаты. Ведь олигархи действительно рисковали: если бы они проиграли, даже такой политический вегетарианец, как Зюганов, их бы не пощадил и лишил многих из них бизнеса. Но как Ельцин и его семья могли отблагодарить своих спонсоров? Государственную собственность к тому времени ощипали уже сильно – там уже не так много осталось сладких кусков, хотя приватизация всё ещё шла ударными темпами. Поэтому главным объектом грабежа стал бюджет – его и стали пилить.